И восседает царица на троне, словно приросла к нему всем своим житием-бытием. Лишь случай представится – не согнать горемычную с насиженного места. Правила у неё дикие, простому люду невдомек. Слежки Владычица ведет хитроумные, а детишки-сплетники новости скандальные ей на ушко шепчут. Сидят у Царицы слуги местные, в очи коварные ей взглянуть боятся, лишь головушкой украдкой кивают. Все выслуживаются, в надежде, что перепадет чего от Вышней. И дарует она им милости, что ныне зарплатой зовется. Кому много, кому мало – все по заслугам, как кто себя давеча вел. И как захочется вдруг ей крови свежей! Слуги тут же в поисках мечутся. Молодого иль в летах – лишь бы ей поперек стал да не приглянулся. Скушати не побрезгует, лишь бы утробу барыне насытить да проораться вволю, как следует. А насытится – так и ласкова, голоском тоненьким сказывает. Все вот думают – как прекрасно! Не догадываются, что то – Биполярочка! И, между прочим, она это наследует! Есть один тут парнишка юродивый, с виду скромненький, угловатый. Ведет литературу русскую. Сам, видать, в детстве был унижен, для нас совсем неведомым образом. Над детишками потешается, обзывает словами убогими, дескать, всех зовут идиотами. И использует в речи лексику заморскую. Например, говорит: "Порнография! " И зовется сие заведение, уверяют нас, – "Школа Толерантности" или вроде бы "Миротворчества"! Приходите к нам все учиться, а иначе нам выгонять будет некого! Один. ухов в школе останется… В заключение хочется выразить: во веки веков не отмоешься от слезы и страха детского… Хоть дни и ночи проводи в церкови.
Подвязновская средняя общеобразовательная школа: отзывы о школе и учителях (1)
Добавить отзыв
Сидят у Царицы слуги местные, в очи коварные ей взглянуть боятся, лишь головушкой украдкой кивают. Все выслуживаются, в надежде, что перепадет чего от Вышней. И дарует она им милости, что ныне зарплатой зовется. Кому много, кому мало – все по заслугам, как кто себя давеча вел.
И как захочется вдруг ей крови свежей! Слуги тут же в поисках мечутся. Молодого иль в летах – лишь бы ей поперек стал да не приглянулся. Скушати не побрезгует, лишь бы утробу барыне насытить да проораться вволю, как следует.
А насытится – так и ласкова, голоском тоненьким сказывает. Все вот думают – как прекрасно! Не догадываются, что то – Биполярочка! И, между прочим, она это наследует!
Есть один тут парнишка юродивый, с виду скромненький, угловатый. Ведет литературу русскую. Сам, видать, в детстве был унижен, для нас совсем неведомым образом. Над детишками потешается, обзывает словами убогими, дескать, всех зовут идиотами. И использует в речи лексику заморскую. Например, говорит: "Порнография! "
И зовется сие заведение, уверяют нас, – "Школа Толерантности" или вроде бы "Миротворчества"! Приходите к нам все учиться, а иначе нам выгонять будет некого! Один. ухов в школе останется…
В заключение хочется выразить: во веки веков не отмоешься от слезы и страха детского… Хоть дни и ночи проводи в церкови.